Суперкавитирующая торпеда «Шквал»: эффектно, но не эффективно

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/thumbs/1601421241_00.jpg

Фраза,  вынесенная в заголовок, была сказана представителям ГНПП «Регион»  специалистами фирмы WASS («Уайтхед») на одном из военно-морских салонов в  1999 г. Противоположная этому точка зрения модного журналиста (весьма  слабо разбирающегося в тематике), обозревателя издания The National  Interest Кайла Мизоками:
   
Российская суперкавитирующая торпеда «Шквал» разрушила парадигму подводной войны.Оружие, которое может двигаться в шесть раз быстрее, чем его предшественники, повергает в шок.

Как же обстоят дела на самом деле?

Сначала история

Первые  проекты реактивных торпед появились практически одновременно с  «классическими» торпедами (здесь необходимо отметить, что подводный  старт ракет, на момент появления самодвижущейся мины Уайтхеда, уже был  реализован в 1838 г. на нашей подводной лодке инженер-генерала Шильдера  К.А.).

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/1601421212_00-.jpg

Серьезная практическая работа по реактивным торпедам началась в середине 30-х гг. (применительно к <noindex>авиационным</noindex>  носителям и торпедным катерам). В 1941-1951 гг. в НИИ-400 (будущий ЦНИИ  «Гидроприбор») выполнялась разработка экспериментального образца  реактивной торпеды РТ-45-2 калибра 45 см с ЖРДЛ И. Исаева на паре  азотная кислота — керосин. Предполагалась скорость 70-75 узлов на  дистанцию 1,5-2 км.

Из-за недостаточной безопасности торпеды и  малой дальности хода работа была закрыта. Вместе с тем именно она дала  импульс последующим работам по суперкавитации в СССР, отправной точкой  чего послужила служебная записка, в дальнейшем одного из ключевых  разработчиков по тематике Уварова Г.В., с анализом комплекса проблем  РТ-45, и выводом о том, что их решение возможно только на основе  перехода к суперкавитирующему изделию.

Первой реактивной  торпедой, принятой на вооружение, стала разработанная в НИИ-2  Минавиапрома авиационная РАТ-52 (главный конструктор Диллон Г. Я.), с  пороховым реактивным двигателем. РАТ-52 оказалась оригинальным прорывным  изделием в отечественном торпедостроении, где кроме двигателя, впервые  появились такие новшества, как безопасные взрыватели предохранительного  типа, креновыравнивание, единая система управления для воздушного и  подводного участка (о чем после предпочли забыть вплоть до наших дней!). 

Самое удивительное то, что РАТ-52 не требовала сложного  обслуживания, оказалась очень надежной, несмотря на то, что была  разработана в крайне короткие сроки (1947-1952 гг.). Приходится очень  сожалеть, что ее главный конструктор быстро ушел из жизни и далеко не  всему успел научить торпедистов.

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/1601421168_00-.jpg
Ил-28Т перед подвеской реактивной авиационной торпеды РАТ-52. 759 Аэродром Храброво, конец 60-х гг.

В  1956 г. в ходе очередной реорганизации авиационная торпедная тематика  из Научно-исследовательского минно-торпедного иститута (НИМТИ) ВМФ была  передана в НИИ-15 ВМФ (впоследствии филиал ЦНИИ 30 Минобороны), а к  разработке авиационных реактивных торпед сначала был привлечен НИИ-24, а  затем специально созданный НИИ ПГМ (далее НПО «Регион»). Но это были  «классические» по гидродинамике торпеды, только с реактивным двигателем,  и они должны быть предметом отдельного (и интересного) разговора.  Возвратимся к «суперкавитации».

В конце 1946 г. в НИО-12 ЦАГИ под  руководством прикомандированного из ВМФ инженер-майора Логвиновича Г.В.  начались прикладные исследования вопросов кавитации торпедного оружия.  Первая ходовая модель была испытана Логвиновичем Г.В. и Уваровом Г.В. в  декабре 1952 г. подо льдом подмосковного Пироговского водохранилища.

Экспериментальный  образец торпеды создавался в НИИ-1 Минсельхозмаша. Первоначальная  компоновка была предложена Логвиновичем Г.В.: диск, профилированная  головная часть, цилиндрическая часть (с зарядом топлива) и сходящаяся  кормовая часть со стабилизаторами торпедного типа, рулями и соплом.  Испытания 1956 г. были неудачными. По инициативе главного инженера НИМТИ  Ларионова А.И. было решено установить «канатную дорогу» и осуществлять  пуски изделий «на привязи» И опять неудачи и неудачи.

В 1957 г.  испытания были прекращены, однако трое энтузиастов-упрямцев, Алферов  П.И., Уваров Г.В. и Либинштейн И.М., после анализа решили вернуться к  пускам в свободном движении (без «канатной дороги»), и успех пришел,  пока небольшой — порядка 700 метров прямолинейного движения на  постоянной глубине чуть более чем за 6 секунд. Последовали  дополнительные испытания, по результатам которых была задана разработка  реактивной кавитирующей торпеды РКТ-45 для торпедных катеров.

В  1960 г. Логвинович Г.В. подготовил доклад командованию ВМФ о том, что  достижения в области гидродинамики больших скоростей в сочетании с  высокоэффективным прямоточным гидрореактивным двигателем, в принципе,  позволяют создать уникальную высокоскоростную кавитирующую подводную  ракету.

Доклад попал в «десятку», ибо только что вышло  постановление правительства о создании автоматизированной атомной  подводной лодки 705 проекта (общее научное руководство: Александров А.П.  и Трапезников В.А.). Кроме того, в американском журнале «Missails and  Rocket» за 1958 г. была опубликована программа создания в США новых  образцов противолодочного морского оружия, в т. ч. и данные о проекте  подводной ракеты ЕХ-8, «оборудованной ракетным или гидрореактивным  двигателем торпедного типа, обеспечивающим скорость движения 150 узлов и  выше».

13 октября 1960 г. выходит Постановление ЦК КПСС и  Совета Министров по созданию отечественной сверхскоростной торпеды  «Шквал». Работы по торпеде РКТ-45 были прекращены. Главным конструктором  «Шквала» был назначен Меркулов М.С. (из «артиллеристов», которых в тот  период времени массово переводили в «ракетчики»), научное руководство  обеспечивалось НИО-12 ЦАГИ (Лотов А.Б., Логвинович Г.Б.).

Кроме  того, в ЦАГИ было начато проектирование крупномасштабной ходовой  ракеты-лаборатории многоразового использования – «модели 205», в  компоновке которой (аналогично М-1, первому экспериментальному образцу  «Шквала») предусматривались:
— поворотный кавитатор с центральным отверстием для забора воды в маршевый двигатель;
— прямоточный гидрореактивный двигатель конструкции Меркулова М.С.;
— отделяемый автономный разгонный РДТТ;
— система поддува в каверну с использованием сжатого воздуха.

В  1961 году на Московском море начались пуски модели 205. Поначалу пуски  были успешными. «Нокаут» случился с началом отработки маршевого участка,  модель 205 теряла управляемость и вылетала воздух. Пуски ракеты М-1  также были неудачными.

С учетом всего груза ответственности  Постановления ЦК КПСС и СМ обсуждения сложившейся ситуации были крайне  острыми и далеко не всегда научно-техническими. Представители  Минсудпрома требовали перевода ОКР в НИР (о практических нюансах  выполнения НИР и ОКР см. в материале «Торпеда СЭТ-53: советская «тоталитарная», зато настоящая»,  а еще лучше полного прекращения работ. В противовес ей выступала группа  от АН СССР в составе ведущих специалистов и академиков Трапезникова  В.А., Микулина А.А., Рахматуллина Х.А.

Но теоретическая наука  помочь здесь не могла, успех пришел после опытов ЦАГИ по исследованию  процессов запуска двигателя и гравитационной каверне. Стала ясна  необходимость внесения кардинальных изменений в модель 205 и изделие  М-1. Это было выполнено в кратчайшие сроки, прямо на месте испытаний.  Была совмещена разгонная ступень с маршевым двигателем. Разгонная  ступень теперь размещалась в подкалиберной части и соединялась с камерой  сгорания маршевого двигателя, устанавливалось единое сверхзвуковое  сопло, что обеспечивало непрерывный характер истечения газов на участках  разгона и марша.

Результаты испытаний были положительные.  Вариант «Шквала» с данной компоновкой получил обозначение М-3. С мая  1963 г. начались регулярные пуски с испытательного стенда на озере  Иссык-Куль.

С начала работы прошло 4 года, однако сложность ее  была такова, что впереди было еще 13 лет работы (т.е. суммарная  продолжительность разработки (ОКР) «Шквала» составила 17 лет).  Экс-замначальника Управления противолодочного вооружения ВМФ Гусев Р. А.  писал:

По ЕХ-8 публикации прекратились. Можно  предполагать, что американцы добрались до этих проблем и остановились.  Они — прагматики. Мы — романтики. Нам скорость нужна как воздух. Нужна  птица-гройка, хоть и под водой.

В 1967 г. Меркулов М.С. был  заменен на Серова В. Р., ставшего вскоре (но ненадолго) во главе  созданного НИИ ПГМ (будущий «Регион»).

В 1969 г. вариант «Шквала»  М4-1-М впервые прошел полную дальность в соответствии с ТТЗ  (тактико-техническим заданием ОКР). НИИ ПГМ был укреплен ракетчиками со  сменой Серова на Зарубина А.И. (директора НИИ ПГМ) и Ракова Е.Д.  (главного конструктора ОКР), которые и обеспечили завершение разработки  «Шквала». Противолодочный комплекс «Шквал» с ракетой М5 был принят на  вооружение ВМФ 29 ноября 1977 г.

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/thumbs/1601421246_01.jpg
М-5 «Шквал».

Гусев Р. А.:

О  том, как и почему в процессе создания "Шквала" трижды менялись главные  конструкторы, я решил узнать у Уварова Г.В. Он был краток:
— Все трое  сыграли значительную роль в создании подводной ракеты. Но первое место я  бы отдал Меркулову М.С. При нем были решены основные научно-технические  проблемы, сложился облик подводной ракеты.
— А почему все же он был заменен?
—  Я бы сказал, что он не сработался с руководством ЦАГИ. В то время  начальником ЦАГИ был Мясищев В.М., известный конструктор  самолетов…Мясищев интуитивно чувствовал, что главный конструктор должен  теснее взаимодействовать с ЦАГИ. Спустя некоторое время директором  НИИ-24 стал Серов В.Р. Назначили для масштабности. Он работал у Макеева  В.П., и поговаривали, что у них содружества не получилось. Серов был  умнейшим человеком, нацеленным на перспективу, но с наполеоновским  характером. Мне кажется, что характер его и погубил. Спустя некоторое  время разработку «Шквала» продолжил Раков Д.Е., а Серов занялся  перспективой: при нем был создан НИИ ПТМ. Раков внес свой творческий  вклад, создав очередную модификацию ракеты, теперь М-5, под флагом  повышения надежности, технологичности и пр. Но наши пути здесь  решительно разошлись. К этому времени Логвинович слегка задвинул меня в  сторону как возможного конкурента. Но я, чтобы ты знал, твердо стою на  позиции, что Раков с Логвиновичем значительно увеличили срок разработки…

Результат «Шквала»

200 узлов под водой, да еще на 10 км, — результат, безусловно выдающийся. Проблема только в том, куда его девать.

Изначально  «Шквал» шел на 705 проект, имевший уникальные скоростные и маневренные  характеристики, причем как образец скоростного подводного оружия,  дополнявший противолодочную ракету (ПЛР) «Вьюга» (фактически  «закрывавший» ее «мертвую зону»). Именно в составе боевого комплекса 705  проекта, и «Вьюга» и «Шквал» были «единым целым», и эффективно  обеспечивались целеуказанием мощного тракта гидролокации ГАК «Океан».

Здесь  необходимо учитывать, что в ВМС США с середины 60-х гг. на вооружении  стояла ПЛР Sabroc (только с ядерным боеприпасом — ЯБП). Война с США  рассматривалась тогда исключительно с применением ядерного оружия.

Однако  массовая серия 705 проекта не пошла, а на всех других проектах остро  встали «узкие места» «Шквала», в первую очередь значительные ограничения  по глубине старта, углу послестартового разворота и только ядерный  вариант. Когда в подавляющем большинстве случаев для того же 671РТМа бой  будет начинаться с доклада акустика «Торпеда справа 90!!!», «Шквал»  (который в этой ситуации просто невозможно применить) превращается из  оружия в балласт, который просто занимает (и вычеркивает для боя)  торпедный аппарат (ТА). А если «Шквалов» на лодке два, то минус два ТА  (по требованию соответствующих органов подводное оружие с ЯБП ВМФ  хранилось только в ТА).

Атака надводных целей? Однако дистанция  10 км оставляла нашим подлодками немного шансов скрытно выйти на нее  против кораблей с хорошей гидроакустикой.

Скоростные подводные  ракеты (СПР) фатально проигрывают ПЛР по дальности и обеспечения  минимального времени доставки боевой части к цели.

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/1601421179_03.jpg
«Шквал» и ПЛР 84РН, показ техники на день ВМФ 2019 г., г. Архангельск.

Дальность ПЛР примерно в 4 раза больше, чем у «Шквала»
Тезис  о «подледном применении» «Шквала» не обоснован ввиду очень малой  маршевой глубины «Шквала» и недопустимо высокой вероятности столкновения  со льдом. Данная проблема понималась, и одним из направлений развития  СПР сразу стало увеличение маршевой глубины, однако это требовало  значительного повышения скорости, а значит, и новых требований по  энергетике (которые уже были предельными для 53-см изделия, например,  «Шквал» имел массу 2,7 т при массе торпеды СЭТ-65 1,7 т).

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/thumbs/1601421205_04.jpg
«Шквал-Э» и УГСТ, дальность отличается примерно в 5 раз

Однако  наиболее критичным вопросом было то, что эффективные дистанции стрельбы  западными торпедами подлодок (с телеуправлением) были значительно  больше, чем полная дальность «Шквала». Т.е. ПЛА ВМС США имели  возможность безнаказанно расстреливать наши подлодки с торпедами и  «Шквалами» с безопасной для себя дистанции (боялись они только ПЛР).  Некоторые возможности были бы у СПР калибра 65 см, но они так и не  появились, а сегодня в ВМФ «толстые» ТА вообще преданы анафеме.

Вместе  со всем этим «Шквал» стал мощным пиар-фактором, причем еще во времена  СССР. Крайне тяжелая ситуация с торпедами ВМФ СССР осознавалась в т.ч. и  наверху (в ЦК КПСС), и тогда флот для бодрого доклада извлекал  аргумент: не все плохо, вот у нас «Шквал» есть, а в США нет.

Здесь  же уместно вспомнить шпионское дело Э. Поупа (2000 г.) о якобы попытках  США завладеть секретами «Шквала». В реальности же на момент 2000 г.  «Шквал» США был уже просто неинтересен. Имеются веские основания  полагать, что США располагали не только документацией по нему, но и  образцами… При этом отечественным специалистам (и представителям  соответствующих органов) было бы не худо самим разобраться (для пользы  дела), что реально интересовало Поупа (и в каком загоне тематика этих  работ, где мы когда-то лидировали, в итоге оказалась у нас).

В  1995 г. на международной выставке вооружений в Абу-Даби ГНПП «Регион»  была представлена экспортная версия СПР – «Шквал-Э». ЯБП был заменен  обычной боевой частью с тротиловым эквивалентом чуть более 200 кг для  поражения надводных целей.. С учетом отсутствия системы самонаведения  эффективная дальность «Шквала-Э» не превышала 7 км.

Развитие «Шквала»

Развитие  тематики СПР в СССР продолжалось непрерывно, и новые варианты пошли в  работу еще до завершения ОКР «Шквал». При этом главным направлением было  повышение скорости вплоть до более чем 150 м/с (300 уз), увеличение  глубины (марша и старта), расширение условий применения и возможность  использования неядерной боевой части (с самонаведением). Поиск шел по  самому широкому спектру вариантов возможного порой находился на грани  фантастики.

В виде конкретных проектов работа шла по темам  «Шквал-15» и «Шквал-15Б» с выходом на новое поколение СПР с резко  улучшенными ТТХ. Работы по «Шквалу-15Б» подкосили 1990-е годы, к  великому сожалению, в них было упущено много нужного и полезного.  «Шквал-15Б» стал лебединой песней Уварова Г.В. Люди, работавшие с ним,  отмечали его предельно объективный взгляд на тематику, крайне  критическое отношение к «удовлетворению научного любопытства за  государственный счет».

С позиций сегодняшнего дня приходится  сожалеть, что «Шквал-15Б» не был завершен, это был максимум реально  возможного, но за весьма умеренные затраты. Более того, боевое  снаряжение для этой СПР являлось крайне перспективной и для ряда других  тем ВМФ. Но в 90-х для того, чтобы выжить, предприятиям приходилось  резать по живому. Выбрали тематику антиторпед («Ласту»), которая стала в  дальнейшем и «Пакетом» и «Физиком».

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/thumbs/1601421157_02.jpg<
Из книги «Наука Санкт-Петербурга и морская мощь России». С.-Петербург, 2002

В  2000-х гг., когда с финансированием стало посвободнее, работы по  тематике продолжились, но уже со всей спецификой новых экономических  условий. И во всем цвете и аромате это проявилось в теме «Хищник» (об  этом — далее).

Из паспорта программы инновационного развития ОАО «Корпорация «Тактическое ракетное вооружение» на период до 2020 года:

Для подводных скоростных ракет.
1. Боевое снаряжение, обеспечивающее высокую эффективность поражения НК в минимально допустимое время.
2. Прохождение дистанции до цели на заданной глубине с высокой среднетраекторной скоростью в режиме развитой кавитации.
3.  Магнитометрическая система наведения, позволяющая с высокой  вероятностью определять момент прохождения в зоне цели и давать команду  на отделение боевого снаряжения.

В ходе военно-технического  форума «Армия-2015» был проведен круглый стол «Морское подводное оружие  (МПО): реалии и перспективы», в числе докладов было и выступление  главного конструктора ОАО «ГНПП «Регион» Гаранина И.В. «Перспективы  развития высокоскоростных подводных объектов». Доклад (как и вся  тематика круглого стола) вызвала горячее обсуждение и в т.ч. резонанс в  СМИ. Позиция автора была изложена в статье <noindex>«Морское подводное оружие России сегодня и завтра. Состоится ли прорыв из торпедного кризиса?»</noindex>.

Скоростные  подводные ракеты (СПР). Главный концептуальный порок развития СПР — то,  что эффективные дистанции залпа торпед противника уже с начала 80-х  годов прошлого века значительно превосходили эффективные дистанции  стрельбы СПР. Т.е. противник имел возможность скрытно стрелять торпедами  с безопасной для себя дистанции. Кроме того, в условиях «чистой воды»  СПР полностью проигрывают (по времени доставки боевой части до цели)  противолодочным ракетам. Фактически единственной тактически обоснованной  областью их применения является Арктика.
При этом у нас долгое время  оставалось недооцененным наиболее интересное и перспективное  направление развития суперкавитационных боеприпасов — «малокалиберное», в  котором как раз успешно работал Запад. Из положительного в докладах  круглого стола «Армии-15» необходимо отметить, что перспективность  «малокалиберного направления» СПР признана ведущими отечественными  специалистами.

На том же круглом столе состоялся доклад  директора НПК «Макс» ОАО «НПП «Радар ММС» Аверкиева В.В.  «Магнитометрические системы наведения морского подводного оружия в  условиях массированного гидропротиводействия. Теория и результаты». С  довольно скандальным обсуждением. Из статьи «Морское подводное оружие  России сегодня и завтра. Состоится ли прорыв из торпедного кризиса?» о  магнитометрической системе наведения:

…дискуссия  по одной из «инновационных систем обнаружения», которую 1-й ЦНИИ  «засовывал» практически во все текущие ОКР. При этом руководитель  организации-разработчика признал, что из реального задела имеются только  «результаты математического моделирования», из которых следует, что  максимальная дальность действия такой аппаратуры весьма ограниченна. При  этом ее внедрением некоторые «специалисты» обосновывали прекращение  перспективных НИР по тематике акустических ССН! Как говорится, ошибка  хуже преступления! Хотя… может быть, дело в том, что у начальника  торпедного отдела 1-го ЦНИИ диссертация был защищена как раз по этой  «инновационной теме»? В результате затрачены значительные  государственные денежные средства, использована дефицитная матчасть ОКР  для отработки этих «научных изысканий» при заведомо сомнительной  эффективности, сорваны действительно нужные <noindex>флоту</noindex> НИОКР всего лишь на основании «математического моделирования» (т.е. без реальных испытаний на макетных образцах!).
При  этом для данной аппаратуры действительно есть область эффективного  применения, однако вместо этого данную аппаратуру прописывают на  заведомо неоптимальные направления.

В статье не был указан  наиболее скандальный момент этого обсуждения: специалистами ВМФ и г.  Аверкиевым заявлялась якобы невозможность противодействия такой  аппаратуре средствами гидроакустического противодействия (СГПД), и это  же бодро докладывалось руководству. На деле это была лишь игра слов:  СГПД, как правило, являлись средствами гидроакустики, и, соответственно,  не могли влиять на магнитометрические средства.

Только вот  проблема была в том, что целый ряд западных СГПД (например, имитатор  Mk30) имеют, кроме акустики, магнитометрическй канал имитации (для  отработки по ним авиации). При этом все тот же г. Аверкиев в ходе  круглого стола заявил о «необходимости создания средств имитации» для  отработки его магнитометрического канала, и это было сделано через час  после заявления о «невозможности этого»! На вопрос автора, как между  собой стыкуются столь противоположные заявления, ответом стало тягостное  молчание. Собственно, всем все было ясно.

Из статьи «Морское подводное оружие России сегодня и завтра. Состоится ли прорыв из «торпедного кризиса?»:

Автор  имел непосредственное отношение к событиям, связанным с МПО и  разработкой концепции МПО, т. к. с 2007 г. тесно работал по данной  тематике с советником министра обороны РФ адмиралом Сучковым Г.А. С  учетом критического положения с МПО ВМФ адмиралом Сучковым в 2007 г.  была подана служебная записка на имя министра обороны РФ. Не затрагивая  вопрос многочисленных ошибок Сердюкова (в т.ч. в части топорного  реформирования органов управления ВС РФ), в той ситуации он повел себя  как нормальный министр обороны: дайте концепцию («бизнес-план»), «под  нее будет финансирование». Однако разработка и утверждение концепции МПО  тогда было сорвано. Связано это было в первую очередь с интригами  определенных лиц и организаций, с учетом того, что планировавшийся  Управлением противолодочного вооружения (УПВ) ВМФ ряд решений (в  частности, по торпеде «Физик») кардинально расходились с их финансовыми  интересами.

Одной из этих интриг и стала ОКР «Хищник». Увы,  вместо максимума возможного из технически реального, что было в  «Шквале-15Б», у «Хищника» изначально был максимум возможностей для  освоения бюджетных средств нужными лицами (здесь же притянутая за уши  магнитометрическая система, за которой торчали ушки значительного  количества лиц с погонами и без, приготовившихся к освоению сладкого  бюджетного пирога).

Жесткое и негативное отношение к «Хищнику» у  автора сформировалось еще в период работы по проектам концепции морского  подводного оружия у адмирала Сучкова. Лоббисты этой темы пытались  обосновать «свое», вплоть до практически полной замены торпед и ПЛР  «Хищниками».

Более того, открытый в 2009 г. ОКР «Хищник» оказался  не просто страшно дорогим, но и, по сути, единственным серьезным ОКР по  тематике подводного оружия в тот момент. При этом мы имели  катастрофическую ситуацию с торпедами, не только по их  военно-техническому отставанию, но и просто наличию… В тот период  времени доходило до того, что наши подлодки ходили на боевые службы,  имея считаные единицы торпед в боекомплекте. И в этой ситуации «Хищник»  был не чем иным, как пиром во время чумы.

Да, в этой ситуации в  него пытались заложить некоторые очень нужные и правильные вещи и  разработки… Только вот они почему-то «потерялись» в процессе, при том,  что без них возможность «Хищника» по работе по назначению вызывает  серьезные вопросы.

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/1601421189_04-.jpg
«Ответ»,  «Пакет», «Хищник». Названия тем, отношение к которым автора очевидно  (ответ — отрубленная голова «Хищника» в «Пакете», если кто-то не понял).  Реакция специалистов на рисунок (из кабинета автора, 2012 г.) была  самая положительная, но в виде смеха сквозь слезы

В 2016 г. наименование темы «Хищник» «засветилось» в СМИ. АО «КБ «Электроприбор» (Саратов) представило <noindex>заявку-презентацию</noindex> на участие в конкурсе «Авиастроитель года», по итогам 2015 года проводимом Союзом авиастроителей России.

С 2013 года… осуществляется в рамках государственного оборонного заказа на выполнение опытно-конструкторской работы «Хищник».
В  конце 2016 года планируется проведение предварительных испытаний  составной части подводной ракеты, включая ходовые испытания аппарата, по  результатам которых будет проведено присвоение конструкторской  документации составной части подводной ракеты литеры «О».

Наши  лубочные СМИ не ударили в грязь лицом. Запестрели заголовки типа:  «Хищник» — идеальный убийца авианосцев. На смену «Шквалу» идет еще более  мощная реактивная торпеда»…

А что в итоге? Особенно с учетом  того, что на дворе 2020 г., а литеру «О» (т. е. завершение  предварительных испытаний и переход к этапу государственных) соучастники  этого процесса обещали еще в 2016 г.? А в итоге на сегодняшний день  арбитражи.

Например, <noindex>дело № А57-15277/2019</noindex>.

Как  следует из материалов дела, 03 мая 2013 года между ОАО Гаврилов-Ямский  машиностроительный завод «Агат» (Исполнитель) и ОАО «КБ Электроприбор»  (Заказчик) заключен договор № 130-ВП-1 на выполнение составной части  опытно-конструкторской работы.
Согласно п. 1.1 договора Исполнитель  обязуется выполнить и своевременно сдать Заказчику в соответствии с  требованиями и условиями договора и Ведомостью исполнения, а Заказчик  принять и оплатить составную часть работы «Хищник-ОКП» «Разработка  пневмоагрегатов ПГС изделия ВА-411»… проводимой в рамках  государственного оборонного заказа и договора от 12.11.2009 г. №  253/08/8/К/0013-09 на работу «Хищник», заключенного между Министерством  обороны Российской Федерации и ОАО «ГНПП «Регион» (Постановления  Правительства Российской Федерации от 29.12.2009 г. № 1036-55, от  12.08.2009 г. № 658-21).

Все это очень печально, и не только  потому, что были «сожраны» огромные средства (причем в тот момент, когда  их критически не хватало на торпеды), но и потому, что главный  конструктор у «Хищника» — выдающийся и перспективный специалист и  руководитель. К сожалению, у нас стало очень мало королевых, но слишком  много тех, про кого говорят «изделие боится воды, потому что воды боится  его главный конструктор» (в конкретном случае подразумевались морские  испытания).

При этом нужно понимать, что королевы на деревьях не  растут, и их задатки могут раскрыться только в результате продуманной,  обоснованной и напряженной работы по созданию нового. Молодой Королев  С.П. был совсем другим человеком (порой с весьма неоднозначными  поступками и решениями), нежели известный всему миру «главный» Королев.

Увы, ОКР «Хищник» — это не та тема которая формирует королевых.

Что  с ней делать сейчас? Доводить. Причем не в виде «третий сорт не брак»,  как это пытаются сделать сегодня, а начиная с объективного вскрытия всех  проблем и их объективной оценки, удаления из требований к изделию всех  «распильных» пунктов, но безусловного выполнения (и реального  подтверждения !) тех, которые являются ключевыми в бою.

Некоторая  полезность таких изделий все-таки имеется, и не только в Арктике. То же  Охотское море в зимний период покрывается ледовым покровом на  значительной части площади. Однако необходимо четко и принципиально  сознавать, что СПР калибра 53 см ввиду значительного отставания в  дальности применения от торпед могут рассматриваться только как  вспомогательное средство в бою.

Здесь будет уместно привести фразу крупного отечественного специалиста в тематике, сказанную в начале 2010 г.:

Мы совершили стратегическую ошибку, погнавшись за монстрами. Все самое интересное в суперкавитации находится в малых калибрах.

А  интересное — это возможности всеглубинного движения (а не постоянной и  крайне малой глубины «монстров»), активного маневрирования, установки  систем самонаведения. Однако возможно это было только на изделиях  существенно меньшего калибра, чем 53 см. Определенный задел в этой части  был – это авиационные противолодочные ракеты, в ряде случаев уходившие в  «полукавитационный режим». Однако решительных шагов по полномасштабным  работам в этом направлении у нас не предпринималось…

Суперкавитация у так называемых партнеров. Запад и Восток

Из Jane's International Defense Review, декабрь 2001 г.:

В  рамках программы «Supercav» НИЦ подводной войны проводит испытания  технологий для высокоскоростного (более 200 уз.) суперкавитационного  оружия, полномасштабная демонстрация которого может быть проведена через  пять лет. Возможно применение этого оружия для создания антиторпед и  перспективной легкой торпеды. В настоящее время НИЦ работает над  созданием полномасштабного образца суперкавитационного снаряда,  сопрягаемого с ПЛУР ASROCVL (VLA) без торпеды Мк-46, вместо которой  установлен «Supercav», который будет иметь подводную скорость более 200  уз. на расстоянии 2750 м. Головная часть снаряда покрыта коническим  кавитатором, который может нести решетку датчиков, включающих более 120  широкополосных гидроакустических элементов для обеспечения захвата цели  на дальности более 900 м.

В отличие от наших «монстров», НИОКР  по тематике суперкавитации в США шли в направлении наиболее эффективной  тематики. Аналогично было и в ФРГ, проводившей аналогичные исследования.  С учетом этого фактора на определенном этапе работы в США и ФРГ были  объединены, но ведутся пока только на уровне экспериментов и наработки  научного задела.

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/1601421172_05.jpg

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/1601421219_06.jpg

Макет и разрез суперкавитирующей торпеды Barraсuda (ФРГ, США)

С  учетом достаточной эффективности малогабаритных торпед необходимости  суперкавитирующих средства поражения пока нет. Пока… Но развитие средств  обороны торпед существенно меняет этот расклад. Сегодня атакующая  малогабаритная торпеда с очень высокой вероятностью уничтожается  антиторпедой М15, однако поражение ею объекта со скоростью более 200 уз.  невозможно.

Соответственно, западные страны формируют  необходимый научно-технический задел для того, чтобы в нужный момент  перевести его в реальный ОКР.

Работы по данной тематике ведутся и  в Китае, подтверждением чему являются некоторые, крайне отрывочные  сведения из «китайского интернета».

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/thumbs/1601421189_08.jpg
Из китайских работ по суперкавитации[/FONT]

При  этом необходимо объективно понимать, что Китай и «полуофициально», и по  каналам спецслужб получил очень большой объем информации по «Шквалу» из  Казахстана и Киргизии (в СМИ упоминалась поставка Казахстаном 40 ракет  «Шквал»).

Что касается «иранской суперкавитирующей торпеды», то достаточно будет просто привести ее фотографию:

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/1601421175_07.jpg
Факт налицо.

Сверхмалые калибры

Из статьи «Скоростные подводные ракеты подводных лодок» Е. С. Шахиджанова и Ю. В. Суслова:

НИР  80-х гг. по ракетам малого калибра, подводным НУРС (ПНУРС) которые при  наличии целеуказания являются высокоэффективным и дешевым средством  противоторпедной заищиты… отработка входа без рикошета для двухсредных  аппаратов малого калибра… возможны ПНУРС со скоростями 250-300 м/с и  более с воздуха по подводным целям и наоборот.

Гусев Р.А:

Подводным  ракетам, в частности, будут по плечу в дальнейшем задачи обеспечения  самообороны подводных лодок от торпед противника.

Отголосок тех работ:

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/1601421220_10.jpg
Т.е. на рубеже начала 90-х гг. мы безусловно и значительно опережали всех остальных.

А сейчас? А сейчас мы погнались за «монстрами» (точнее, обильным освоением бюджетных средств на «монстров».

В это же время в США и ряде других стран (например, Норвегии, фирма DSG):

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/thumbs/1601421226_09.jpg
Реальные работы ВМС США по обеспечению противоторпедной защиты суперкавитирующими боеприпасами

Слегка и чуть-чуть автор коснулся этой тематики в 2015 г. в статье <noindex>«Каждой торпеде по снаряду»</noindex>.

Отдельно  необходимо коснуться якобы противоминной системы ВМС США RAMICS с  лазерной локационной станцией якобы обнаружения мин и уничтожения их  суперкавитирующими снарядами.

https://topwar.ru/uploads/posts/2020-09/1601421181_09-.jpg

Проблема  в том, что, по оценке компетентных отечественных специалистов, лазерная  станция RAMICS по своим конструктивным особенностям является в первую  очередь противолодочным средством обнаружения «следа» ПЛ.  Соответственно, у наших специалистов есть веские основания крепко  задуматься о реальных (а не декларируемых) целях пушки RAMICS.

Почему  этот вопрос ставится в публичной статье? А потому, что перед теми,  «кому положено», эти вопросы ставились многократно. С околонулевым  результатом…

Разговор с «современными специалистами» ВМФ РФ на форуме «Армия 2020» по этой тематике вызвал интересную реакцию:

— А что, у нас что-то по этой части было?

—  Вообще-то, было, и с огромной статистикой работ, только вот толстым  слоем пыли покрыться успело (хотя, скорее всего до сих пор рабочее) в  ожидании внимания заказчика (которому докладывалось об этом  многократно).

Выводы

Если на момент начала 90-х гг.  мы безусловно и значительно лидировали в тематике суперкавитации, то  сегодня нас объективно и значительно обошли зарубежные конкуренты.

На сегодня обозначились три основных направления работ:
—  крупноразмерные изделия калибра 53 см («Шквал», «Хищник»), способные  только на прямолинейное движение на малой глубине с возможностью  оснащения «пассажирами» типа ЯБП или обычной малогабаритной торпеды (на  что идет акцент у нас);
— малогабаритные всеглубинные маневренные изделия с системами самонаведения (на что идет акцент на Западе);
—  сверхмалые изделия типа «снаряд пушки» (где длительное время лидировали  мы, но на сегодня полностью отдали эту тематику Западу).

Ключевая  причина наметившегося и уже значительного отставания — необоснованная  ставка на «монстры» калибра 53 см, несмотря на то, что они заведомо  ущербны и проигрывают и торпедам, и противолодочным ракетам в  большинстве тактических ситуаций, вплоть до того, что нашу ПЛ с  «Хищниками» противник может абсолютно безнаказанно расстреливать  торпедами с безопасного расстояния.

Автор:Максим Климов